Правила тут

Окончание к рассказу может написать любой, но постарайтесь не сильно флудить.

Этот рассказ начинается в излюбленном стиле Донцовой.

На улице стояла препаршивейшая погода. В городе безраздельно властвовала зима, причем не просто холодная зима, а невероятно холодная, по крайней мере, для тех краёв, о которых нам предстоит поговорить. Люди спешили в тепло, поближе к родным и близким, и подальше от леденящего кожу январского мороза. Праздники подходили к концу, но новогоднее настроение еще не успело улетучиться, и на потрескавшихся губах усталых путников скользили робкие улыбки. Прохожие охотно поздравляли друг друга с Рождеством и желали всех благ в новом году, умудряясь проделывать данную незамысловатую процедуру на полном ходу, ни на секунду не останавливаясь и не отклоняясь от заданного маршрута.

Порой казалось, что двигаются жители абсолютно инстинктивно, не глядя ни на дорогу, ни на своих товарищей по несчастью. Лишь изредка самые холодоустойчивые осмеливались поднять голову, да и то, только для того, чтоб с завистью посмотреть в одно из манящих окон, пышущих теплом, уютом и любовью.

Именно из такого окна, заглушая звонкий детский смех, раздалась протяжная фраза: «Де-еда, ну расскажиии».

Сидящий у камина старик, к которому было направлено обращение, вздохнул и, снисходительно окинув взглядом толпу детей самых разных возрастов, притворно пробурчал: «Ой, да было бы что рассказывать. Идите вон лучше мультики посмотрите. Там небось 97-й сезон ваших роботов начинается. Как они там называются, я и забыл уже». Седовласый глава семейства забавно нахмурил морщинистый лоб, будто решая сложнейшую задачу по меньшей мере вселенского масштаба, но, так и не сумев вспомнить названия мультфильма, махнул рукой.

«Не хотим мультиков!» - хором закричали дети и, усаживаясь полукругом, начали окружать старика, не позволяя ему лишить подрастающее поколение Рождественской сказки.

«Вот уж негодники», - улыбнулся дед, однако за пышной бородой улыбки никто не увидел, а особо боязливые ребята даже начали пятиться, памятуя как о крутом нраве мудрого старца, так и о том, что несмотря на почтенный возраст последнего, рука его по-прежнему тяжела.

Заприметив неловкие попытки детворы, дед заливисто расхохотался, и тут же зашелся кашлем. Спустя некоторое время, он, отдышавшись, добродушно поманил внуков к себе.

«Устраивайтесь поудобнее, будет вам сказка», - донесся из-под бороды сиплый бас, и, усадив на колени меньшую из девочек, старик начал повествование.

«Этот рассказ начинается в излюбленном стиле Донцовой.

На улице стояла препаршивейшая погода. Лето уже полностью отдало старушке-осени бразды правления и его отголоски хранились лишь в памяти законченных оптимистов. На протяжении последних двух недель зверствовали жуткие ливни, в следствие чего дороги оказались окончательно размыты. Этот факт ставил крест на любой возможности высунуть нос за порог холодным октябрьским вечером, даже несмотря на обманчивую помощь луны, которая, казалось бы, так и манила путников, освещая дорогу в неизвестность своим неровным и нетрезвым взглядом.

Если говорить совсем уж откровенно, то попытки серебряной проказницы были заведомо обречены на провал: будь дороги хоть в идеальном состоянии, ни один здравомыслящий человек

не вылез бы из своего уютного жилища в таком месте и в такое время. Опасность таилась повсюду, и, если вслушаться в тишину, то ее можно было прочувствовать всеми фибрами души, даже из теплой и якобы защищенной хижины.

Вылезать в такое время из дому было глупейшей из авантюр, а дураков здесь вроде никогда не водилось. Ну или они попросту не выживали.

Хотя нет, кажется, я погорячился. Наша давняя знакомая на миг осветила едва различимый на фоне убогих деревенских сооружений силуэт и тут же упустила его из виду. Не привлекая лишнего внимания, невысокий стройный мужчина плавными (насколько можно плавно ступать по размытой дороге) шагами крался неведомо куда. От мороза и дождя путника укрывал длинный плащ, а на ногах красовались сапоги из непонятно какого, но уж точно грязного, материала.

Зрелище со стороны было весьма забавным, так как, двигаясь и без того с черепашьей скоростью, странник не уставал через каждые 10 метров воровато оглядываться. Долго ли, коротко ли он шел, да только за полночь приблизился к месту назначения. Шаги его стали еще тише и легче, а рука предусмотрительно легла на пояс, нащупывая кинжал. Наконец, мужчина остановился и достал из под полы небольших размеров блокнот. Окинув его быстрым взглядом и едва слышно хмыкнув что-то нечленороздельное себе под нос, странник неспеша направился к деревянному зданию. Дом, который заинтересовал молодого человека, внешне был ничем не примечателен и абсолютно неотличим от сотен других деревенских халупок. Внутри же царила добродушная атмосфера единения и всеобщего веселья. Наполовину опустошенная бочка с элем способствовала улучшению взаимопонимания между хозяевами заведения и его гостями. В центре, неподалеку от бочки, стоял старый и уж больно низкий стол, на котором компания играла в карты. Также на нем располагалось множество монет, золотых и серебряных, больших и помельче. За них, видимо, и шла игра. Внезапно один молодой человек с густой рыжей шевелюрой с победным кличем викинга бросил карты на стол и потянулся к монетам. Видимо, сегодня именно ему посчастливилось выйти из схватки победителем. На этом удача парня, по всей видимости, себя исчерпала и, не успев даже, струсить все деньги со стола в заранее приготовленный мешок, «викинг» упал замертво. Из его лопатки торчал короткий кинжал, искуссно брошенный ночным посетителем. В доме тотчас же поднялась суматоха, стали слышны крики и слезы, но незваный гость всего этого уже не замечал, продолжая свой, одному лишь ему известный, путь. Я же торопливо припустился за ним.

Продолжая ночной марафон, я наконец удосужился разглядеть лицо незнакомца в отблеске луны. Странник был совсем юным, но его глаза были не по годам мудры и излучали непоколебимую уверенность. Мы пробирались по проселочной дороге несколько часов, прежде чем выбраться, наконец, к городским воротам. Стражники, облаченные с головы до пят в тяжелые латы спали беспробудным сном,(что было вполне объяснимо, учитывая погоду и время суток) поэтому не понадобилось даже перелезать через забор. Проворным движением достав ключ и отворив тяжелые деревянные ворота, путник переступил «черту города», а мне оставалось лишь подивиться и восхититься его наглости.

Перед тем как продолжить путь, молодой человек снова достал блокнот и сделал в нем несколько пометок. Лишь после этого он огляделся по сторонам и твердым шагом направился к богатым кварталам города. Почти во всех окнах на главной улице горел свет, и мне было бы впору переживать за юношу, но он и сам отлично справился, незаметно прошмыгнув прямо к городской ратуше, из окна которой было высунуто нечто, отдаленно напоминающее телескоп.

Я не хотел видеть, как очередной раб Божий предстанет перед Страшным судом и на этот раз не последовал за путником, продолжая коситься на городскую башню и пикантно торчащий из нее предмет.

Как оказалось, интуиция не обманула меня - из окна действительно был высунут телескоп, в чем я смог удостовериться благодаря очередной услуге подружки-луны. Также при ее свете я смог разглядеть мужчину, склонившегося над прибором. Даже несмотря на то, что часть лица молодого человека была закрыта телескопом, очевидным представлялся тот факт, что ученый был безумно красив. Я готов был поклясться, что тонкие черты лица завораживали всех, кто знал мужчину, а крепкие мускулистые руки, которыми астроном сжимал свой телескоп наверняка сводили с ума не один десяток милых обитательниц города.

Но вот, не успел я вдоволь насладиться предоставленным моему взгляду зрелищем, как «Аполлон», так же, как и его предшественник, хрипло крякнул и завалился на бок, не сумев оказать достойного сопротивления металлическому кинжалу.

Спустя несколько минут юноша появился из ворот ратуши и торопливо направился к выходу из города. Уже начинало светать, поэтому я предполагал, что парень отправится в обратный путь, однако он разбил мою теорию, повернув в сторон, противоположную от той, откуда мы пришли. Однако не успели мы продвинуться дальше и на сто метров, как путник остановился возле первой же таверны и зашел внутрь. За ним неспешно следовал и я, придерживаясь, однако, почтительного расстояния. Едва только заглянув в окно, я моментально оценил ошибочность собственных суждений. Это ж надо было додуматься, перепутать таверну с борделем…

«Сделал дело – гуляй смело», - хмыкнул я про себя, с одной стороны поражаясь хладнокровию парня, и в то же время вполне разделяя его желание найти теплоту и ласку в эту дождливую октябрьскую ночь. Пока я предавался унынию, молодой человек схватил за локоть самую пластичную из девчонок, движениями напоминавшую пантеру, и уволок в соседнюю комнату, скрытую от моего взгляда толстыми стенами.

Решив все-таки дождаться юношу, я опустился на небольшой деревянный выступ и начал крутить в руках прихваченный телескоп. Лишь спустя несколько минут до меня дошло, насколько же верной была идея не оставлять прибор в ратуше. Осознав, что у меня в руках находится телескоп, а метрах в 30 – бордель, я мигом установил это замечательное изобретение и начал любоваться открывшимся видом.

От созерцания прелестной мулаточки меня отвлек отчаянный женский крик. Судя по всему, юноша и в бордель заглядывал по работе, а не чтоб расслабиться. Я повернул телескоп. К моему удивлению, парня не останавливали. Была абсолютно непонятна как его причина не скрываться с места преступления, так и нежелание девушек постараться задержать убийцу, ведь их было намного больше как-никак. Такое поведение можно было бы конечно объясить страхом, но и он не просматривался на улыбчивых лицах проституток.

Распрощавшись с дамами, молодой человек спокойно, через парадный вход покинул заведение и наконец направился в обратную дорогу. Идти одному мне было скучно и я выдал свое местоположение парню негромким свистом. Заметив меня, он удивленно вскинул бровь, после чего потоптался на месте в нерешительности, будто размышляя над следующим движением, и пошел навстречу, выбросив на полпути оставшиеся кинжалы.

Какое-то время мы шли молча, стараясь как можно быстрее добраться до родных мест, не привлекая к себе внимания. В итоге я не выдержал и все-таки спросил:

- Убил ее?

-Да.

-А почему остальные тебя не попытались задержать?

-Так они же сами и заказали. Свои же слили, представляешь. Бывает и такое…

Я хотел спросить что-то еще, но парень протянул мне блокнот.

-Тут все ответы, - объяснил он.

Без поллитра не разберешься...

«Сделал дело – гуляй смело», - хмыкнул я про себя, с одной стороны поражаясь хладнокровию парня, и в то же время вполне разделяя его желание найти теплоту и ласку в эту дождливую октябрьскую ночь. Пока я предавался унынию, молодой человек схватил за локоть самую пластичную из девчонок, движениями напоминавшую пантеру, и уволок в соседнюю комнату, скрытую от моего взгляда толстыми стенами.

Нормальные сказки дедуля детям рассказывает...

Я хз!
Что-то среднее, между Робин Гудом и Умой Турман из Убить Билла.

Значится, наш парень не знал этого чувака, который крошит налево и направо всех подряд, но решил выдать себя, тип такой "эй, я тут". И путник как ни в чем не бывало подошел, выкинул все оружие, и они пошли домой, до кучи путник ему отдал свой блокнот.
Я ничего не поняла

И это еще дед рассказывает детишкам.

Ну, пусть будет, что дед в молодости начал водить дружбу с этим странником и сам стал убийцей. А в блокноте заказы.
Или за грехи какие-то убивал...
Тогда почему свои заказали...
Хз короче.

Сказку перед сном читать буду!

В блокнотике была лишь пара странных фраз и адрес.
http://mafiaweb.ru/ улица Ожидания
Роль маньяка, план убийства.

Там еще в списке должны быть весельчакджо и хром.
Короче, чувак по одному убивает сливщиков мафиивеб. И должно настать для всех счастливое Рождество.
Или как альтернатива - странник спалит город. (По мотивам сломанной мафии)
И после этогл счастливое Рождество!

В общем, парень - это палач. Смерть с косой.
В его блокноте были записаны имена грешников, которых он убивал по одному, потому что так ему велели откуда-то свыше.
Вообще рассказ сложный, я перечитывала трижды, чтобы понять что к чему(

Этот рассказ начинается в излюбленном стиле Донцовой.
На улице стояла препаршивейшая погода. В городе безраздельно властвовала зима, причем не просто холодная зима, а невероятно холодная, по крайней мере, для тех краёв, о которых нам предстоит поговорить. Люди спешили в тепло, поближе к родным и близким, и подальше от леденящего кожу январского мороза. Праздники подходили к концу, но новогоднее настроение еще не успело улетучиться, и на потрескавшихся губах усталых путников скользили робкие улыбки. Прохожие охотно поздравляли друг друга с Рождеством и желали всех благ в новом году, умудряясь проделывать данную незамысловатую процедуру на полном ходу, ни на секунду не останавливаясь и не отклоняясь от заданного маршрута.
Порой казалось, что двигаются жители абсолютно инстинктивно, не глядя ни на дорогу, ни на своих товарищей по несчастью. Лишь изредка самые холодоустойчивые осмеливались поднять голову, да и то, только для того, чтоб с завистью посмотреть в одно из манящих окон, пышущих теплом, уютом и любовью.
Именно из такого окна, заглушая звонкий детский смех, раздалась протяжная фраза: «Де-еда, ну расскажиии».
Сидящий у камина старик, к которому было направлено обращение, вздохнул и, снисходительно окинув взглядом толпу детей самых разных возрастов, притворно пробурчал: «Ой, да было бы что рассказывать. Идите вон лучше мультики посмотрите. Там небось 97-й сезон ваших роботов начинается. Как они там называются, я и забыл уже». Седовласый глава семейства забавно нахмурил морщинистый лоб, будто решая сложнейшую задачу по меньшей мере вселенского масштаба, но, так и не сумев вспомнить названия мультфильма, махнул рукой.
«Не хотим мультиков!» - хором закричали дети и, усаживаясь полукругом, начали окружать старика, не позволяя ему лишить подрастающее поколение Рождественской сказки.
«Вот уж негодники», - улыбнулся дед, однако за пышной бородой улыбки никто не увидел, а особо боязливые ребята даже начали пятиться, памятуя как о крутом нраве мудрого старца, так и о том, что несмотря на почтенный возраст последнего, рука его по-прежнему тяжела.
Заприметив неловкие попытки детворы, дед заливисто расхохотался, и тут же зашелся кашлем. Спустя некоторое время, он, отдышавшись, добродушно поманил внуков к себе.
«Устраивайтесь поудобнее, будет вам сказка», - донесся из-под бороды сиплый бас, и, усадив на колени меньшую из девочек, старик начал повествование.
«Этот рассказ начинается в излюбленном стиле Донцовой.
На улице стояла препаршивейшая погода. Лето уже полностью отдало старушке-осени бразды правления и его отголоски хранились лишь в памяти законченных оптимистов. На протяжении последних двух недель зверствовали жуткие ливни, в следствие чего дороги оказались окончательно размыты. Этот факт ставил крест на любой возможности высунуть нос за порог холодным октябрьским вечером, даже несмотря на обманчивую помощь луны, которая, казалось бы, так и манила путников, освещая дорогу в неизвестность своим неровным и нетрезвым взглядом.
Если говорить совсем уж откровенно, то попытки серебряной проказницы были заведомо обречены на провал: будь дороги хоть в идеальном состоянии, ни один здравомыслящий человек не вылез бы из своего уютного жилища в таком месте и в такое время. Опасность таилась повсюду, и, если вслушаться в тишину, то ее можно было прочувствовать всеми фибрами души, даже из теплой и якобы защищенной хижины.
Вылезать в такое время из дому было глупейшей из авантюр, а дураков здесь вроде никогда не водилось. Ну или они попросту не выживали.
Хотя нет, кажется, я погорячился. Наша давняя знакомая на миг осветила едва различимый на фоне убогих деревенских сооружений силуэт и тут же упустила его из виду. Не привлекая лишнего внимания, невысокий стройный мужчина плавными (насколько можно плавно ступать по размытой дороге) шагами крался неведомо куда. От мороза и дождя путника укрывал длинный плащ, а на ногах красовались сапоги из непонятно какого, но уж точно грязного, материала.
Зрелище со стороны было весьма забавным, так как, двигаясь и без того с черепашьей скоростью, странник не уставал через каждые 10 метров воровато оглядываться. Долго ли, коротко ли он шел, да только за полночь приблизился к месту назначения. Шаги его стали еще тише и легче, а рука предусмотрительно легла на пояс, нащупывая кинжал. Наконец, мужчина остановился и достал из под полы небольших размеров блокнот. Окинув его быстрым взглядом и едва слышно хмыкнув что-то нечленораздельное себе под нос, странник неспеша направился к деревянному зданию. Дом, который заинтересовал молодого человека, внешне был ничем не примечателен и абсолютно неотличим от сотен других деревенских халупок. Внутри же царила добродушная атмосфера единения и всеобщего веселья. Наполовину опустошенная бочка с элем способствовала улучшению взаимопонимания между хозяевами заведения и его гостями. В центре, неподалеку от бочки, стоял старый и уж больно низкий стол, на котором компания играла в карты. Также на нем располагалось множество монет, золотых и серебряных, больших и помельче. За них, видимо, и шла игра. Внезапно один молодой человек с густой рыжей шевелюрой с победным кличем викинга бросил карты на стол и потянулся к монетам. Видимо, сегодня именно ему посчастливилось выйти из схватки победителем. На этом удача парня, по всей видимости, себя исчерпала и, не успев даже, струсить все деньги со стола в заранее приготовленный мешок, «викинг» упал замертво. Из его лопатки торчал короткий кинжал, искусно брошенный ночным посетителем. В доме тотчас же поднялась суматоха, стали слышны крики и слезы, но незваный гость всего этого уже не замечал, продолжая свой, одному лишь ему известный, путь. Я же торопливо припустился за ним.
Продолжая ночной марафон, я наконец удосужился разглядеть лицо незнакомца в отблеске луны. Странник был совсем юным, но его глаза были не по годам мудры и излучали непоколебимую уверенность. Мы пробирались по проселочной дороге несколько часов, прежде чем выбраться, наконец, к городским воротам. Стражники, облаченные с головы до пят в тяжелые латы спали беспробудным сном,(что было вполне объяснимо, учитывая погоду и время суток) поэтому не понадобилось даже перелезать через забор. Проворным движением достав ключ и отворив тяжелые деревянные ворота, путник переступил «черту города», а мне оставалось лишь подивиться и восхититься его наглости.
Перед тем как продолжить путь, молодой человек снова достал блокнот и сделал в нем несколько пометок. Лишь после этого он огляделся по сторонам и твердым шагом направился к богатым кварталам города. Почти во всех окнах на главной улице горел свет, и мне было бы впору переживать за юношу, но он и сам отлично справился, незаметно прошмыгнув прямо к городской ратуше, из окна которой было высунуто нечто, отдаленно напоминающее телескоп.
Я не хотел видеть, как очередной раб Божий предстанет перед Страшным судом и на этот раз не последовал за путником, продолжая коситься на городскую башню и пикантно торчащий из нее предмет.
Как оказалось, интуиция не обманула меня - из окна действительно был высунут телескоп, в чем я смог удостовериться благодаря очередной услуге подружки-луны. Также при ее свете я смог разглядеть мужчину, склонившегося над прибором. Даже несмотря на то, что часть лица молодого человека была закрыта телескопом, очевидным представлялся тот факт, что ученый был безумно красив. Я готов был поклясться, что тонкие черты лица завораживали всех, кто знал мужчину, а крепкие мускулистые руки, которыми астроном сжимал свой телескоп наверняка сводили с ума не один десяток милых обитательниц города.
Но вот, не успел я вдоволь насладиться предоставленным моему взгляду зрелищем, как «Аполлон», так же, как и его предшественник, хрипло крякнул и завалился на бок, не сумев оказать достойного сопротивления металлическому кинжалу.
Спустя несколько минут юноша появился из ворот ратуши и торопливо направился к выходу из города. Уже начинало светать, поэтому я предполагал, что парень отправится в обратный путь, однако он разбил мою теорию, повернув в сторон, противоположную от той, откуда мы пришли. Однако не успели мы продвинуться дальше и на сто метров, как путник остановился возле первой же таверны и зашел внутрь. За ним неспешно следовал и я, придерживаясь, однако, почтительного расстояния. Едва только заглянув в окно, я моментально оценил ошибочность собственных суждений. Это ж надо было додуматься, перепутать таверну с борделем…
«Сделал дело – гуляй смело», - хмыкнул я про себя, с одной стороны поражаясь хладнокровию парня, и в то же время вполне разделяя его желание найти теплоту и ласку в эту дождливую октябрьскую ночь. Пока я предавался унынию, молодой человек схватил за локоть самую пластичную из девчонок, движениями напоминавшую пантеру, и уволок в соседнюю комнату, скрытую от моего взгляда толстыми стенами.
Решив все-таки дождаться юношу, я опустился на небольшой деревянный выступ и начал крутить в руках прихваченный телескоп. Лишь спустя несколько минут до меня дошло, насколько же верной была идея не оставлять прибор в ратуше. Осознав, что у меня в руках находится телескоп, а метрах в 30 – бордель, я мигом установил это замечательное изобретение и начал любоваться открывшимся видом.
От созерцания прелестной мулаточки меня отвлек отчаянный женский крик. Судя по всему, юноша и в бордель заглядывал по работе, а не чтоб расслабиться. Я повернул телескоп. К моему удивлению, парня не останавливали. Была абсолютно непонятна как его причина не скрываться с места преступления, так и нежелание девушек постараться задержать убийцу, ведь их было намного больше как-никак. Такое поведение можно было бы конечно объяснить страхом, но и он не просматривался на улыбчивых лицах проституток.
Распрощавшись с дамами, молодой человек спокойно, через парадный вход покинул заведение и наконец направился в обратную дорогу. Идти одному мне было скучно и я выдал свое местоположение парню негромким свистом. Заметив меня, он удивленно вскинул бровь, после чего потоптался на месте в нерешительности, будто размышляя над следующим движением, и пошел навстречу, выбросив на полпути оставшиеся кинжалы.
Какое-то время мы шли молча, стараясь как можно быстрее добраться до родных мест, не привлекая к себе внимания. В итоге я не выдержал и все-таки спросил:
- Убил ее?
-Да.
-А почему остальные тебя не попытались задержать?
-Так они же сами и заказали. Свои же слили, представляешь. Бывает и такое…
Я хотел спросить что-то еще, но парень протянул мне блокнот.
-Тут все ответы, - объяснил он.

Конец первой части.
Я открыл блокнот. На первой странице была только одна фраза: «сильный чатовый игрок», и напротив галочка. Я поспешил перевернуть страницу. Меня встретила подпись «красивый астроном» с аналогичной галочкой напротив нее. На третьей странице не было ничего, кроме нарисованного унитаза.
Несмотря на столь скудные объяснения, ответы на свои вопросы я действительно получил.
В блокнот юноша записывал особые приметы своих будущих жертв, по которым впоследствии находил и различал тех, кто был ему нужен.
Дальше мы опять шли молча. Около полудня я заприметил свой дом. Уже подходя к нему, устало махнул рукой попутчику, в ответ он мне так же устало ответил кивком головы. На этом мы разошлись.»

«И всёёё?» - недовольно протянула малышка, сидевшая у деда на руках?
«А чего ты еще ждала, Алисонька?» - улыбнулся старик.
«Ну как чего, сражения какого-то, я думала ты потом будешь с этим парнем драться, а таааак…» - нотки разочарования отчетливо прозвучали в голосе девочки, которая тут же добавила:
«Вообще, я, честно говоря, ничего не поняла. Как так вышло, что странник всех убивал, а тебя не тронул, и зачем он вообще кинжал выкинул? Неужто не боялся тебя?»
Остальные дети тоже загалдели:
«И как это ты рискнул за ним идти?»
«Откуда ты знал, что он тебе не навредит?»
«Какая-то слишком неправдоподобная история у тебя получилась, обычно намного лучше выходят», - резюмировала внучка
Дед оглушительно засмеялся и ответил:
«Понимаешь,солнышко, оружие странник выбросил, потому что, как и любой уважающий себя маньяк, на омоне не равняется, а убить он меня никак не мог, потому что это же Треш был, и, как обычно, дал имун в приват еще в первый день. Так что история вовсе не вымышленная а очень даже реальная.»
Детвора завороженно смотрела на старика.
«Дееед, а ты меня с дядей Трешем познакомишь?» - спросила малышка.
«Конечно, познакомлю, если захочешь»,- ласково улыбнулся дед, и потрепал Алису по кудрявой голове.  «А сейчас марш спать, мелюзга!»

За окном стояла жуткая вьюга, ветер выл со страшной силой, ломал ветки деревьев и старался пробиться в окно.
Но маленькая Алиса этого не слышала – она спала. На ее лице светилась улыбка, а хрупкая ручка крепко сжимала под подушкой заранее приготовленный блокнот…

совместными усилиями я и Маешка угадали

Угадано Вреднюкой.

Отредактировано: Faunteleroy (16.01.2016 15:28:41)